Cлова на букву "P"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N O P Q R S T U V W X Y
Поиск  

Список лучших слов

 Кол-во Слово
1PALACE
3PAPER
30PARIS
2PARK
1PASCAL
1PAST
1PEAR
1PETER
3PICTORIAL
2PLEASE
1POESIE
6POETRY
2POLAND
2POST
1PRESIDENT
3PRESS
1PRINT
1PRIORI
1PRIVET
2PUBLIC

Несколько случайно найденных страниц

по слову PRESS

Входимость: 1. Размер: 80кб.
Часть текста: и раздражение наших оппонентов. За последние годы вышло немало книг о Троцком - этом "демоне революции" (И. Дойчер, Н. Васецкий, Д. Волкогонов и др.). Почти все они под флером академической объективности реанимируют труп главного революционного палача, бесконечно комментируют его бредовые прожекты мирового пожара (идея "перманентной революции", заимствованная у торговца отечеством, агента кайзеровской Германии Гельфанда-Парвуса). Давно стало общим местом наблюдение, что облеченные властью тираны и диктаторы нередко баловались искусством. (Ленин питал слабость к музыке, Сталин - к стихам, Гитлер - к живописи.) Троцкий, в молодости переводивший на украинский язык басни Крылова, мнил себя большим эстетом в литературе. Некоторые его оценки творчества современников самостоятельны, не лишены наблюдательности и лихости ума. Например, он не принял натужно-уличной крикливости Маяковского, несмотря на весь его революционный пафос. Но Троцкий еще в детстве "ушибся" социологией и политикой - эта болезнь постоянно давала себя знать при анализе тончайших явлений литературы. "Стиль - это класс, - пишет он, - и не только в художестве, но прежде всего в политике". Для него агитки Демьяна Бедного - "явление совершенно небывалое, единственное в своем роде", Безыменский - "надежда" поэзии. От стихов Есенина, пишет Троцкий, "попахивает средневековьем", как и от всех произведений "мужиковствующих". Отстаивая интернациональную алгебру, он выхолащивал образную специфику художественного слова. Очевидно, сказывался иррационально-религиозный фактор, стоящий выше логических конструкций. Есенина-человека Троцкий не любил, Есенина-поэта вынужден был терпеть, так как самим фактом своего существования его нежнейшая лирика служила укором железобетонным словесным строениям Александровского, Алтаузена, Гастева, Кириллова - несть им числа. У Льва Давидовича, городского умника, была ампутирована способность проникнуть в крестьянскую стихию творчества Есенина, в чуждый...
Входимость: 1. Размер: 51кб.
Часть текста: «Я ль виноват, что я поэт...»; Думы; Звуки печали; Слезы; «Не видать за туманною далью...»; Вьюга на 26 апр<еля> 1912 г.; Пребывание в школе; Далекая веселая песня; Мои мечты; Брату Человеку; «Я зажег свой костер...»; Деревенская избенка; Отойди от окна; Весенний вечер; «И надо мной звезда горит...». Впервые полностью опубликован в кн. «Есенин и русская поэзия», Л.: Наука, 1967, с. 334—341. Подробнее о сборнике — т. 4 наст. изд., с. 343—346. 2. Радуница. 1914 (?). Рукописный сборник («тетрадь стихов») был отправлен в Петроград Л. М. Клейнборту в конце 1914 г. Сведения об этом — в воспоминаниях Клейнборта, написанных в 1926 г. (ГЛМ); см. также его кн. «Молодая Белоруссия. Очерк современной белорусской литературы. 1905—1928 гг.» (Минск, 1928, с. 186). Однако эти сведения по ряду фактов подлежат дальнейшему изучению и уточнению (см. Восп., 1, 465). Содержание сборника (?) неизвестно. 3. Гармоника. <М.>, 1915. Сборник упоминается в воспоминаниях Д. Н. Семёновского о Есенине (Восп.-95, с. 66). Содержание неизвестно. Со слов Есенина мемуарист перечислил разделы сборника: «Тальянка»,...
Входимость: 1. Размер: 37кб.
Часть текста: довольно зажиточному деду по матери, у которого было трое взрослых неженатых сыновей, с которыми протекло почти все мое детство. Дядья мои были ребята озорные и отчаянные. Трех с половиной лет они посадили меня на лошадь без седла и сразу пустили в галоп. Я помню, что очумел и очень крепко держался за холку. Потом меня учили плавать. Один дядя (дядя Саша) брал меня в лодку, отъезжал от берега, снимал с меня белье и, как щенка, бросал в воду. Я неумело и испуганно плескал руками, и, пока не захлебывался, он все кричал: «Эх, стерва! Ну куда ты годишься?» «Стерва» у него было слово ласкательное. После, лет восьми, другому дяде я часто заменял охотничью собаку, плавая по озерам за подстреленными утками. Очень хорошо я был выучен лазить по деревьям. Из мальчишек со мной никто не мог тягаться. Многим, кому грачи в полдень после пахоты мешали спать, я снимал гнезда с берез, по гривеннику за штуку. Один раз сорвался, но очень удачно, оцарапав только лицо и живот да разбив кувшин молока, который нес на косьбу деду. Средь мальчишек я всегда был коноводом и большим драчуном и ходил всегда в царапинах. За озорство меня ругала только одна бабка, а дедушка иногда сам подзадоривал на кулачную и часто говорил бабке: «Ты у меня, дура, его не трожь! Он так будет крепче». Бабушка любила меня изо всей мочи, и нежности ее не было границ. По субботам меня мыли, стригли ногти и гарным маслом гофрили голову, потому что ни один гребень не брал кудрявых волос. Но и масло мало помогало. Всегда я орал благим матом и даже теперь какое-то неприятное чувство имею к субботе. По воскресеньям меня всегда посылали к обедне и, чтобы проверить, что я был за обедней, давали 4 копейки: две копейки за просфору и две за выемку частей священнику. Я покупал просфору и вместо...

© 2000- NIV