Наши партнеры
Rieltor-kazan.ru - охраняемые квартиры в казани в лучших районах

Cлово "ОТВЕТИТЬ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N O P Q R S T U V W X Y
Поиск  

Варианты слова: ОТВЕТИЛ, ОТВЕТИЛА, ОТВЕЧУ, ОТВЕТИЛИ

Входимость: 12.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 7.
5. Яр
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 12. Размер: 58кб.
Часть текста: Анисим. Не вернулся Костя с охоты, а после пасхи пришло письмо от вихлюйского стрелка. Почуял старый Анисим, что неладное принесло это письмо, еще не распечатывая. "Посылаю свое почтение Анисиму Панкратьеву, я знал хорошо твоего сына и спяшу с скорбью поведать, что о второй день пасхи он переправлялся через реку и попал в полынью. На льду осталась его шапка с адристом, а его, как не тыкали баграми, не нашли." Жена Анисима слегла в постель и, прохворав полторы недели, совсем одряхлела. Анна с бледной покорностью думала, что Костя покончил с собой нарочно, но отпихивала эту думу и боялась ее. Степан прилип к ней, и смерть Кости его больше обрадовала, чем опечалила. Старушка мать на Миколу пошла к обедне и заказала попу сорокоуст. Вечером на дом пришел дьякон и отслужил панихиду. - Мать скорбящая, - молился Анисим, - не отступись от меня. В седых волосах его зеленела вбившаяся трава и пестиками щекотала шею. Анисим махал над шеей рукой и думал, что его кусает муха. - Жалко, жалко, - мотал рыжей бородой дьякон, - только женили и на поди какой грех. - Стало быть, богу угодно так, - грустно и тихо говорил Анисим, с покорностью принимая горе. - Видно, на роду ему было написано. От судьбы, говориться, на коне не ускачешь. Запечалилась Наталья по сыну. Не спалось ей, не елось. - Пусти меня, Анисим, - сказала она мужу. - Нет моей мочи дома сидеть. Пойду по монастырям православным поминать новопреставленного Константина. Отпустил Анисим Наталью и пятерку на гайтан привязал. "Тоскует Наталья, - думал он, - не успокоить ей своей души. Пожалуй, помрет дома-то". Помаленьку стала собираться. Затыкала в стенку веретена...
Входимость: 9. Размер: 52кб.
Часть текста: весны у нас почти половина мужского населения уходила в Питер на заработки. Там они нанимались рабочими на плоты или на баржи и плавали по воде все лето. Потом мужики объединились в артель. Почти все члены артели приобрели собственные баржи, и каждый стал сам себе хозяин. Дедушка со своими баржами был очень счастлив. Удача ходила за ним следом. Дом его стал полной чашей. Семья его состояла из трех сыновей и одной дочери (нашей матери). В доме был работник и работница, хлеба своего хватало всегда до нови. Лошади и сбруя были лучшие в селе. В начале весны дедушка уезжал в Питер и плавал на баржах до глубокой осени. По обычаю, мужикам, возвращающимся домой с доходом, полагалось благодарить Бога, и церковь наша получала от них различную утварь: подсвечники, ковры, богатые иконы – все эти вещи мужики покупали в складчину. Дедушка был очень щедрым на пожертвования и за это был почитаем духовенством. В благодарность Богу за удачное плавание дедушка поставил перед своим домом часовню. У иконы Николая Чудотворца под праздники в часовне всегда горела лампада. После расчета с Богом у дедушки полагалось веселиться. Бочки браги и вино ставились около дома. – Пейте! Ешьте! Веселитесь, православные! – говорил дедушка. – Нечего деньгу копить, умрем...
Входимость: 9. Размер: 44кб.
Часть текста: еще томлюсь в этой тюрьме и не дождусь, когда распустят» (фрагмент письма приводит в своих записях В. В. Ушаков — РИАМЗ, научный архив, № 2659; записи датированы: «22/II-1926 г.»; см. также: Хроника, 1, 29). 2. К. П. Воронцову. Спас-Клепики, до 10 мая 1912 г. «...не разобрал твоего письма и думал по догадкам, что ты уехал домой. Я писал тебе туда...» (из письма К. П. Воронцову, 10 мая 1912 г.). 3—5. Г. А. Панфилову. Константиново (?), после 7 июля 1911 г. — вторая декада июля 1912 г. Установлено, что семнадцать писем Есенина Г. Панфилову 1911—1912 гг. были пронумерованы адресатом в хронологическом порядке (подробнее см. наст. изд., т. 6, с. 243). Из них ныне известны письма с № 1, 2, 6, 8, 9, 13, 16, 17, а также еще одно письмо ноября 1912 г. (п. 13; наст. изд., т. 6, с. 23), первый лист которого (вместе с проставленным на нем номером) утрачен. Хронологические рамки написания неизвестных есенинских писем с №№ 3—5 (в нумерации Г. Панфилова) определяются, с одной стороны, исходя из времени отправки письма под № 2 (7 июля 1911 г.; см. наст. изд., т. 6, с. 252); с другой стороны, по содержанию письма под № 6, где описываются события конца первой и второй декад июля 1912 г. как неизвестные адресату (подробнее см. наст. изд., т. 6, с. 259—262). 6. Г. А. Панфилову. Москва, авг. 1912 г. Возможно, это письмо (рассматриваемое здесь как обозначенное адресатом под № 7) сопровождало посланные Есениным другу проспекты изданий, распространяемых книготорговым товариществом «Культура»; в письме, помеченном Панфиловым номером 8, об этом говорится так: «Дорогой Гриша <...> Проспекты я тебе уже отослал до твоей просьбы...» (наст. изд., т. 6, с. 15; о его датировке см. там же, с. 264—265). 7. М. П. Бальзамовой. Москва, 16 сент. 1912 г....
Входимость: 7. Размер: 96кб.
Часть текста: огонь (1919–1920) Я все о том же. Все в котомке Воспоминаний горький хлеб. Белый и «зеленые» Итак, наша молодежная группа при Союзе поэтов оформлена. Назвались «Зеленой мастерской». «Сейчас, – поясняет Яков Полонский, – иначе нельзя: куда-нибудь в Малаховку и тo не проедешь. А тут – выписал командировку, пришлепнул печать и езжай хоть в Кемь!» В группе, кроме самого Полонского, студента-медика, трогательно влюбленного в поэзию (он и сам пишет стихи, даже выпустил в свет сборничек «Вино волос»), числятся: молчаливый и зябкий Захар Хацревин (для меня он брат двух прехорошеньких девочек-малышек, учившихся, как и я, в гимназии Н. П. Хвостовой), талантливая Наталья Кугушева (в прошлом княжна Кугушева) – горбатенькая, с красивым лицом, длинными стройными ногами (они показывали, какой ее задумала природа), синими печальными глазами и чуть приглушенным чарующим голосом. Через четыре года она выйдет замуж за прозаика из «Кузницы» Михаила...
5. Яр
Входимость: 5. Размер: 63кб.
Часть текста: обоз; под обротями тропыхались вяхири , и лошади, кинув жвачку, напрянули уши. Из сетчатых кустов зловеще сверкнули огоньки и, притаившись, погасли. - Волки, - качнулась высокая тень в подлунье. - Да, - с шумом кашлянули притулившиеся голоса. В тихом шуме хвои слышался морочный ушук ледяного заслона... Ваньчок на сторожке пел песни. Он сватал у Филиппа сестру Лимпиаду и, подвыпивши, бахвалился своей мошной. На пиленом столе в граненом графине шипела сивуха. Филипп, опоражнивая стакан, прислонял к носу хлеб и, понюхав, пихал за поросшие, как мшаниной, скулы. На крыльце залаяла собака, и по скользкому катнику заскрипели полозья. - Кабы не лес крали, - ухватился за висевшее на стенке ружье Филипп и, стукнув дверью, нахлобучил лосиную шапку. В запотевшие щеки дунуло ветром. Забрякавшая щеколда скользнула по двери и с инистым визгом стукнула о пробой. - Кто едет? - процедил его охрипший голос. - Овсянники, - кратко ответили за возами. - То-то! К кружевеющему крыльцу подбег бородатый старик и, замахав кнутовищем, указал на дорогу. - В чапыжнике , - глухо крякнул он, догоняя сивого мерина. Филипп вышел на дорогу и упал ухом на мятущие порошни. В ухо, как вата, втыкался пуховитый налет. - Идут, - позвенел он ружьем по выбоине и, не затворив крыльца, вбежал в избу. Ваньчок дремал над пустым стаканом. На пол капал огуречный сок и сливался с жилкой пролитого из махотки молока. - Эй, Фанас, - дернул его Филипп за казинетовую поддевку. - Волки пришли на свадьбу. - Никакой свадьбы не будет, - забурукал Ваньчок. - Без приданого бери да свадьбу играй. Филипп, засмехнувши, вынул из запечья старую берданку и засыпал порохом. - Волки, говорю на яру. - Ась? - заспанно заерзал Ваньчок и растянулся на лавке. Над божницей горевшая лампадка заморгала от...

© 2000- NIV