Cлово "ОТЕЦ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N O P Q R S T U V W X Y
Поиск  

Варианты слова: ОТЦУ, ОТЦА, ОТЦОМ, ОТЦОВ

Входимость: 88.
Входимость: 37.
Входимость: 31.
Входимость: 29.
Входимость: 20.
Входимость: 16.
Входимость: 13.
8. Яр
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 7.
Входимость: 7.
Входимость: 7.
Входимость: 7.
Входимость: 7.
Входимость: 7.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 88. Размер: 52кб.
Часть текста: рабочими на плоты или на баржи и плавали по воде все лето. Потом мужики объединились в артель. Почти все члены артели приобрели собственные баржи, и каждый стал сам себе хозяин. Дедушка со своими баржами был очень счастлив. Удача ходила за ним следом. Дом его стал полной чашей. Семья его состояла из трех сыновей и одной дочери (нашей матери). В доме был работник и работница, хлеба своего хватало всегда до нови. Лошади и сбруя были лучшие в селе. В начале весны дедушка уезжал в Питер и плавал на баржах до глубокой осени. По обычаю, мужикам, возвращающимся домой с доходом, полагалось благодарить Бога, и церковь наша получала от них различную утварь: подсвечники, ковры, богатые иконы – все эти вещи мужики покупали в складчину. Дедушка был очень щедрым на пожертвования и за это был почитаем духовенством. В благодарность Богу за удачное плавание дедушка поставил перед своим домом часовню. У иконы Николая Чудотворца под праздники в часовне всегда горела лампада. После расчета с Богом у дедушки полагалось веселиться. Бочки браги и вино ставились около дома. – Пейте! Ешьте! Веселитесь, православные! – говорил дедушка. – Нечего деньгу копить, умрем – все останется. Медная посуда. Ангельский голосок! Золотое пение. Давай споем! Пел дедушка хорошо и любил слушать, когда хорошо поют. Веселье продолжалось неделю, а то и больше. Потом становилось реже, в базарные дни по вторникам, а к концу зимы и вовсе прекращалось за неимением денег. Тогда наступали черные дни в Титовом доме. То и дело слышались окрики дедушки: – Эй,...
Входимость: 37. Размер: 86кб.
Часть текста: жил мальчишкой", держа путь на Москву. Долгое время мы мало знали о детстве и юности поэта. Множество статей, заметок, воспоминаний о Есенине было напечатано у нас и за рубежом; из них лишь отдельные были посвящены раннему периоду его жизни. В них обычно подчеркивалось влияние религиозно настроенных людей на молодого Есенина, а то и прямо говорилось о "церковно-мистической закваске", полученной юным поэтом. Объяснялось все это тем, что Есенин-де серьезно нигде не учился, литературу знал понаслышке, воспитывался в религиозной среде и приехал в 1915 году в Петроград этаким наивным, идиллически настроенным деревенским пареньком, влюбленным в красоту патриархальной сельской жизни. Одним из первых в этом фальшивом хоре "почитателей" поэзии Есенина раздался в свое время голос декадентской поэтессы 3. Гиппиус. Вскоре после приезда молодого поэта в Петроград она выступила в журнале "Голос жизни" под псевдонимом Роман Аренский со статьей о Есенине, озаглавленной довольно претенциозно "Земля и камень". Салонную поэтессу больше всего умиляло, что "желтоволосый и скромный" паренек из Рязанской губернии сочиняет свои "земляные" стихи при полном "отсутствии прямой, непосредственной связи с литературой". Вслед за Гиппиус другие литературные "знаменитости" тогдашнего Петрограда вкупе с некоторыми...
Входимость: 31. Размер: 73кб.
Часть текста: в органах НКВД, в объединении "Азнефть" начальником отдела информации и пропаганды, в управлении шоссейных дорог "Ушосдоре" на разных должностях, а с 1954 года - заместителем директора Карадагского цементно-гипсового комбината. Постоянно проживал по ул. Мясникова (ныне ул. Т. Алиярбекова), д. 9, кв. 38. Похоронен в городе Баку. Мемуары В.И. Болдовкина не озаглавлены и не датированы. Название дано публикаторами. Машинописный текст воспоминаний, подписанный автором, был предоставлен в свое время вдовой Болдовкина - Агриппиной Ивановной Болдовкиной (автограф неизвестен). Полностью воспоминания не публиковались. Ссылка на них имеется в комментариях к Собранию сочинений в шести томах (Т. 6, М., 1980, с. 372). Отрывки воспоминаний были еще опубликованы Я. Садовским в статье "Рядом с Есениным", - газ. "Советская культура". М., 1978, 10 окт., № 81 и Г. Шипулиной в статьях "Зарождение Персидских мотивов" - газ. "Баку", 1991, 24 сентября, № 184; "И чувствую сильней простое слово: друг". - "Тропы к Есенину". Специальный выпуск газ. "Молодежный курьер". Рязань, 1991, 26 декабря, № 76; "И Орел был в его судьбе". - газ. "Русский язык". Баку, 1991, 30 декабря, № 13. Н.К. Вержбицкий, Н.П. Стор, С.А. Есенин, М.С. Тарасенко, Л.И. Повицкий. Декабрь, 1924. Батум Был март 1924 года 1) . Вот уже несколько дней, как я приехал в Баку из Тегерана, где пробыл с января 1923 года. Что лучше дома? Что лучше бакинской "осени", в особенности когда ты молод? Что лучше для стариков, чем встреча...
Входимость: 29. Размер: 42кб.
Часть текста: наша мать, а песни ее были самые разнообразные. Очень ясно запомнился мне приезд Сергея в 1915 году. С ним был один из его товарищей, имя которого казалось мне необыкновенным, – Леонид. Я никак не могла решиться выговорить его и обращалась к Леониду: «Эй, ты». Мать делала мне замечания, смеялся Сергей, улыбался Леонид. В этот приезд свой Сергей привез мне огромный разноцветный мяч в сетке. Когда я появилась с ним на улице, вся соседская детвора окружила меня и стала просить поиграть. Но где там поиграть! Я сама-то не решалась вынуть его из сетки. Вышли из дому Сергей и Леонид. Брат, улыбаясь, говорит: «Давай поиграем». Я отдаю ему мяч и с ужасом смотрю, как он забросил его высоко-высоко. Мяч становится маленьким и каким-то темным, летит все выше, и я боюсь, что он не вернется. Помню приезд Сергея в мае – июне 1917 года. Была тихая, теплая, лунная ночь. Дома на селе, освещенные полной луной, казались какими-то обновленными, а на белой церковной колокольне четко отпечатались густые узорные тени от ветвей берез. Все спали. Не было видно ни одного освещенного окна, а мы еще сидели за самоваром. Напившись чая, Сергей вышел погулять и остановился у раскрытого окна. Он был в белой рубашке и серых брюках. С одной стороны его освещала керосиновая лампа, стоявшая на подоконнике, а с другой стороны – луна. В барском саду громко пел соловей. В ночной тишине казалось, он совсем рядом. Захваченный чудесной песней, Сергей стал ему подсвистывать. Эта картина мне хорошо запомнилась. До 1921 года Сергей приезжал домой каждое лето, но воспоминания о нем у меня слились воедино. Помню, как к его приезду (если он предупреждал) в доме у нас все чистилось и мылось. Брат был самым дорогим гостем. В нашей тихой, однообразной жизни с его приездом сразу все менялось. Даже сам приезд его...
Входимость: 20. Размер: 43кб.
Часть текста: сын. - Разлад в семье. - В доме деда. - Сказки бабушки. - Друзья детства. - Первая "серьезная" обязанность. - Крест и книга. - Песни матери. - Первые "сложенные" стихи. Родина Сергея Есенина - село Константиново привольно раскинулось по правому, высокому холмистому берегу Оки. Как и во времена поэта, здесь Одна, как прежняя, белеется гора, Да у горы Высокий серый камень. Отсюда открывается необъятный простор заливных лугов, утопающих в цветах, поблескивающая гладь луговых озер и Старицы, затерявшейся в камышовых зарослях, убегающие вдаль перелески, а у самого горизонта - синяя дымка лесов Мещеры. Синее небо, цветная дуга, Тихо степные бегут берега, Тянется дым, у малиновых сел Свадьба ворон облегла частокол. Снова я вижу знакомый обрыв С красною глиной и сучьями ив, Грезит над озером рыжий овес, Пахнет ромашкой и медом от ос. Многое повидали на своем веку эти мирные "малиновые" рязанские села. В глубокое прошлое уходит их история. Далекие предки сегодняшних старожилов этих сел - "соколы-дружники" Евпатия Коловрата - стояли насмерть, защищая рязанскую землю от вражеских полчищ Батыя. А спустя столетия, когда ураган крестьянских восстаний Разина и Пугачева потряс до основания трон российских самодержцев, многие холопы рязанских князей и крепостные крестьяне бежали на Дон и Волгу, становились под знамена крестьянской вольницы. И не случайно с некоторыми героями этих легендарных времен встречаемся мы в юношеских произведениях Есенина "Песнь о Евпатии Коловрате" и "Ус". Да и само Константиново - одно из старейших рязанских приокских сел. Упоминания о Кузьминской волости и родном селе поэта можно встретить в старинных документах, относящихся к истории Рязанского края XVI - XVII веков. В начале XVII века село Константиново было вотчиной родовитого боярина Василия Петровича Морозова. Позднее...

© 2000- NIV