Cлово "ЯЩИЧЕК"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N O P Q R S T U V W X Y
Поиск  

Варианты слова: ЯЩИЧКАМИ

Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 1. Размер: 24кб.
Часть текста: белых носках своих важных туфель. – …в Венеции архитектура ничего себе… только воня-я-ет! – И сморщил нос пресмешным образом. – А в Нью-Йорке мне больше всего понравилась обезьяна у одного банкира… Стерва, в шелковой пижаме ходит, сигары курит и к горничной пристает… а в Париже… сижу это в кабаке… подходит гарсон… говорит: «Вы вот, Есенин, здесь кушать изволите, а мы, гвардейские офицеры, с салфеткой под мышкой…» – «Вы, – спрашиваю, – лакеями?..» – «Да! лакеями!..» – «Тогда извольте, говорю, подать мне шампань и не разговаривать!..» Вот!.. ну, твои стихи перевел… свою книгу на французском выпустил… только зря все это… никому там поэзия не нужна… А с Изадорой – адьо!.. – «Давай мне мое белье»? – Нет, адьо безвозвратно… безвозвратно… я русский… а она… не… могу… знаешь, когда границу переехал – плакал… землю целовал… как рязанская баба… стихи прочесть?.. Прочел всю «Москву кабацкую» и «Черного человека». Я сказал: – «Москва кабацкая» – прекрасно. Такой лирической силы и такого трагизма у тебя еще в стихах не было… умудрился форму цыганского романса возвысить до большого, очень большого искусства. А «Черный человек» плохо… совсем плохо… никуда не годится. – А Горький плакал… я ему «Черного человека» читал… слезами плакал… – Не знаю… Есенин не вытаскивал для печати и не читал «Черного...
Входимость: 1. Размер: 15кб.
Часть текста: шальной. НЕ ОБРАЩАЯ внимания на изумленные взгляды (способность, принесшая ей славу лучшей в мире танцовщицы), Айседора величаво прошествовала в спальню и заперлась там. Понятливые гости разошлись: "Бедная, бедная госпожа Дункан, я всегда знала, что от этих русских moujik ничего хорошего не жди! Вы представляете, они там, в России, держат женщин в жутких теремах и бьют их каждую субботу!" Огромная квартира на бульваре Сен-Жермен опустела. Айседора сидела перед зеркалом. Она долго изучала каждую морщинку на своем сорокашестилетнем лице. Потом медленно открыла ящичек трюмо, достала ярко-красную губную помаду (других она не признавала), открыла ее и, с силой вдавливая огненный стержень в зеркальную гладь, вывела: "Есенин есть Ангелъ". Ангелъ и чиорт - ВОТ это да, это я-то ангел? Ну спасибо, Сидора, спасибо: - Есенин смеялся, и льняные кудри красиво трепетали вокруг его головы, образуя нечто, действительно похожее на нимб. Пречистенка, 20. Четыре утра. Он только что вернулся домой и увидел, что все зеркала, столы и стены исписаны губной помадой вдоль и поперек одной и той же фразой, как молитвой: "Есенин есть Ангелъ", "Есенин есть Ангелъ", "Есенин:", "Есенин:" Знакомство - Есенин, приятель, пойдем, я тебе такое покажу! "Коллега" - имажинист и лучший друг Толя Мариенгоф - тащит Сергея к маленькой сцене, вокруг которой уже столпились все остальные гости. Есенин тихо выдыхает: "Богиня:" - и уже не отводит глаз от полноватой женской фигуры в полупрозрачном хитоне, которая кружится по паркету, пластика ее вроде бы простых движений кажется невероятной: В тот вечер Айседора Дункан, первая танцовщица мира в стиле модерн, исполняла свой знаменитый танец с шарфом: под аккомпанемент "Интернационала". Есенин был покорен и жаждал знакомства. - Товарищ Айседора, товарищ Есенин. И вдруг выяснилось, что он не знает ни английского, ни...
Входимость: 1. Размер: 24кб.
Часть текста: исторических поэм я черпал из двух-трех старых книжонок, Есенин – из академического Пушкина. Кроме «Истории Пугачевского бунта» и «Капитанской дочки», так почти ничего Есенин и не прочел, а когда начинала грызть совесть, успокаивал себя тем, что Покровский все равно лучше Пушкина не напишет. Меня же частенько уговаривал приналечь на «Ледяной дом». Я люблю есенинского «Пугачева». Есенин умудрился написать с чудесной наивностью лирического искусства суровые характеры и отнюдь не лирическую тему. Поэма Есенина вроде тех старинных православных иконок, на которых образописцы изображали бога отдыхающим после сотворения мира на полатях под лоскутным одеялом. А на полу рисовали снятые валенки. Сам же бог – рыжебородый новгородский мужик с желтыми мозолистыми пятками. Петр I предавал такие иконы сожжению как противные вере. Римские папы и кардиналы лучше его чувствовали искусство. На иконах в соборах Италии – святые щеголяют модами эпохи Возрождения. Свои поэмы по главам мы читали друзьям. Как-то собрались у нас: Коненков, Мейерхольд, Густав Шпет, Якулов. После чтения Мейерхольд стал говорить о постановке «Пугачева» и «Заговора» у себя в театре. – А вот художником пригласим Сергея Тимофеевича, – обратился Мейерхольд к Коненкову, – он нам здоровеннейших этаких...

© 2000- NIV