Cлово "ТЕАТРАЛЬНЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N O P Q R S T U V W X Y
Поиск  

Варианты слова: ТЕАТРАЛЬНЫХ, ТЕАТРАЛЬНОГО, ТЕАТРАЛЬНОЙ, ТЕАТРАЛЬНЫМ

Входимость: 9.
Входимость: 7.
Входимость: 5.
Входимость: 4.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 9. Размер: 145кб.
Часть текста: посвящения. Отрывки: в кн.: Есенин С. Стихи скандалиста, Берлин, 1923, с. 49-52, ст. 449-523, под заглавием «Уральский каторжник (Отрывок из Пугачова)» ‹монолог Хлопуши из 5-й главы›; сб. «Конский сад», М., 1922, ‹с. 7›, ст. 747—769, под заглавием «Из трагедии „Пугачов“» ‹монолог Бурнова из 7-й главы›. Печатается и датируется по наб. экз. — вырезка — Пугачов, М., 1922, с исправлением ст. 520 «Уж три ночи, три ночи пробираясь сквозь тьму» вместо «Уж три ночи, три ночи пробиваясь сквозь тьму» по автографу и авторскому исправлению в неполной машинописи; ст. 894 «Бейте! Бейте прям саблей в морду!» по автографу и отд. изданию (Пг., 1922). В книге С. Есенина «Стихи скандалиста» имеется искажение ст. 484 «Посылаются заматерелые разведчики» вместо «Посылаются замечательные разведчики», которое не вводится в свод вариантов. Черновой автограф под названием «Поэма о великом походе Емельяна Пугачова» — (РГАЛИ), без посвящения, с датой «1921. Ст. стиль — февраль — август. Новый — март — август». Первоначальное заглавие «Пугачов» густо зачеркнуто и ранее не прочитывалось. Это самый большой известный нам черновик Есенина, в...
Входимость: 7. Размер: 41кб.
Часть текста: свои стихи: в кругу близких, в клубах, в кафе, на бульварах. Но насколько хорошо Есенин читал стихи, настолько же плохо он говорил с эстрады. Есенин не был оратором. Говоря в общественных местах, перед посторонней публикой, он долго подыскивал нужные обороты речи, бесконечно тянул неопределенные междометия, иногда неожиданно, с силой выбрасывал отдельные слова, отдельные короткие фразы. Он интенсивно размахивал руками, стараясь помочь себе жестами. Не найдя нужного ему слова, нужного оборота речи, он часто заменял их жестикуляцией и мимикой. И, несмотря на трудности, с какими сопряжено было для него публичное выступление, он неоднократно выступал с речами: об искусстве, о своих стихах. Он учился ораторскому искусству так же, как учатся плавать: смело бросал себя, как в омут, в толпу. Но говорить перед большой аудиторией связно и плавно ему удавалось редко. Аудитория почти всегда добродушно относилась к Есенину, выступавшему с речами. Однажды он в кафе «Домино» пытался произнести речь о литературе. Он долго тянул что-то невнятное. Слушатели не выдержали, начали подсмеиваться над оратором. Послышались возгласы: – Поэт-то ты, Есенин, хороший, а говорить не умеешь! Брось! Лучше читай стихи! Есенин не докончил речи, виновато махнул рукой и сошел с эстрады. – Я не оратор. Это правда. Я не оратор, – оправдывался он, подойдя ко мне. 2 Есенин читает В. Розанова. Читает запоем. Отзывается о Розанове восторженно. Хвалит его как стилиста. Удивляется приемам его работы....
Входимость: 5. Размер: 7кб.
Часть текста: г. L Максиму Горькому Дворец Искусств Москва Дворец Искусств, собирающий под своей кровлей бодрое творчество России, в пятидесятую годовщину большой жизни шлет задушевные свои приветствия учителю и товарищу, убеждающему нас верить в жизнь. Вашей верой в человека будет жить дело грядущего. Члены и гости Д. И. М. Харламов, Иван Рукавишников, Сергей Есенин , Екатерина Эк, Н. Шлеин, М. Леблан, П. Свиридов, Вера Духовская, К. Юон, Орешин Петр, А. Топорков, Л. Копылова, С. Конёнков, М. Мурашёв, В. Хлебников, Е. Васильев, Л. Фейнберг, Н. Рукавишникова, Я. Милькин, Д. Шохин, Вл. Королев, Пав. Попатенко, В. Ильина, Н. Сафонов, Андрей Рублев, О. М. Орешина, А. Серафимович, В. Н. Карякин, Андрей Белый, Анат. Луначарский, П. Баташев, Н. Чернышев, С. Алексеев, Н. Роот, С. Домарацкий, Э. Шуб, В. Олейник, Б. Липкин, Н. Фореггер фон Грейфентурн, Б. Боголюбов, В. Шехтель, Вячеслав Иванов, К. Бальмонт, Амфиан Решетов, Сергей Буданцев, Игн. Нивинский, А. Лагунов, Георгий Якулов, В. Сибиряков, Нина Серпинская, Владимир Дуров и др. Примечания 8. Приветственный адрес М. Горькому от членов и гостей Дворца Искусств . 27 марта 1919 г. (с. 231). — Публикуется впервые. Документ первый раз упомянут в научной литературе в кн: «Летопись жизни и творчества А. М. Горького. Вып. 3. 1917—1929», М., 1959, с. 121. Печатается по подлиннику (Музей А. М. Горького, г. Москва, КП № 710), выполненному на листе бумаги размером 795×490 мм. Текст исполнен тремя различными шрифтами: первая строка — обычный прямой плакатный шрифт; слова «Максиму Горькому» даны буквами, стилизованными под готический шрифт; остальной текст выполнен шрифтом, стилизованным под полуустав, по новой орфографии. Адрес поступил в музей от Е. П. Пешковой в июне 1937 г.; до этого он хранился среди личных материалов писателя (сообщено В. Н. Чернухиной). Адрес был приурочен к 50-летию М. Горького...
Входимость: 4. Размер: 31кб.
Часть текста: тошно от того, что вся молодежь, которая должна искать, приткнулась своею юностью к мясистым и увесистым соскам футуризма, этой горожанке, которая, забыв о своих буйных годах, стала «хорошим тоном», привилегией дилетантов. Эй, вы, входящие после нас в непротоптанные пути и перепутья искусства, в асфальтированные проспекты слова, жеста, краски. Знаете ли вы, что такое футуризм: это босоножка от искусства, это ницшеанство формы, это замаскированная современностью надсоновщина. Нам смешно, когда говорят о содержании искусства. Надо долго учиться быть безграмотным для того, чтобы требовать: «Пиши о городе». Тема, содержание — эта слепая кишка искусства — не должны выпирать, как грыжа, из произведений. А футуризм только и делал, что за всеми своими заботами о форме, не желая отстать от парнаса и символистов, говорил о форме, а думал только о содержании. Все его внимание было устремлено, чтобы быть «погородскее». И вот настает час расплаты. Искусство, построенное на содержании, искусство, опирающееся на интуицию (аннулировать бы эту ренту глупцов), искусство, обрамленное привычкой, должно было погибнуть от истерики. О, эта истерика сгнаивает футуризм уже давно. Вы, слепцы и подражатели, плагиаторы и примыкатели, не замечали этого процесса. Вы не видели гноя отчаяния, и только теперь, когда у футуризма провалился нос новизны, — и вы, черт бы вас побрал, удосужились разглядеть. Футуризм кричал о солнечности и радостности, но был мрачен и угрюм. Оптовый склад трагизма и боли. Под глазами мозоли от слез. Футуризм, звавший к арлекинаде, пришел к зимней мистике, к мистерии города. Истинно говорим вам: никогда еще искусство не было так близко к натурализму и так далеко от реализма, как теперь, в период третичного...
Входимость: 3. Размер: 24кб.
Часть текста: охотно делятся воспоминаниями, Зинаида Николаевна не дожила. Я не много знаю из рассказов матери. Мать была южанкой, но к моменту встречи с Есениным уже несколько лет жила в Петербурге, сама зарабатывала на жизнь, посещала Высшие женские курсы. Вопрос «кем быть?» не был еще решен. Как девушка из рабочей семьи, она была собранна, чужда богеме и стремилась прежде всего к самостоятельности. Дочь активного участника рабочего движения, она подумывала об общественной деятельности, среди ее подруг были побывавшие в тюрьме и ссылке. Но в ней было и что-то мятущееся, был дар потрясаться явлениями искусства и поэзии. Какое-то время она брала уроки скульптуры. Читала бездну. Одним из любимых ее писателей был тогда Гамсун, что-то было близкое ей в странном чередовании сдержанности и порывов, свойственном его героям. Она и всю жизнь потом, несмотря на занятость, много и жадно читала, а перечитывая «Войну и мир», кому-нибудь повторяла: «Ну как же это он умел превращать будни в сплошной праздник?» Весной 1917 года Зинаида Николаевна жила в Петрограде одна, без родителей, работала секретарем-машинисткой в редакции газеты «Дело народа». Есенин печатался здесь. Знакомство состоялось в тот день, когда поэт, кого-то не застав, от нечего делать разговорился с сотрудницей редакции. А когда человек, которого он дожидался, наконец пришел и пригласил его, Ceргей Александрович, со свойственной ему непосредственностью, отмахнулся: – Ладно уж, я лучше здесь посижу… Зинаиде Николаевне было 22 года. Она была смешлива и жизнерадостна. Есть ее снимок, датированный ...

© 2000- NIV