Cлово "ЯМБ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N O P Q R S T U V W X Y
Поиск  

Варианты слова: ЯМБОМ, ЯМБА

Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 2. Размер: 85кб.
Часть текста: есенинское наименование другой поэмы — «Поэма о великом походе Емельяна Пугачева». Песнь о великом походе (с. 116) — З. Вост., 1924, 14 сент., № 677; журн. «Октябрь», М., 1924, № 3 ‹сент.-окт.›, с. 149—155; журн. «Звезда», Л., 1924, № 5 ‹ноябр.›, с. 5—18; Р. сов. ‹дек. 1924›; Есенин Сергей. Песнь о великом походе, М.—Л., 1925. Печатается по наб. экз. (вырезка кн. «Песнь о великом походе») с исправлениями по всем другим источникам ст. 183 «Человечий язык» вместо «Человеческий язык»; ст. 268—269 «Ни ногатой вас не взять, / Ни рязанами» вместо «Ни ноготой вас не взять, / Ни рязанами»; ст. 284 «Ну и как же тут злобу» вместо «Ну и как же ту злобу»; ст. 345 «Не вожак, а соцкий» вместо «Не вожак, а сотский», ст. 403 «Без огней не спит» вместо «Без огня не спит» и ст. 525 «На заре, заре» вместо «На заре, на заре». Пунктуация и графическое деление текста уточнено по авторским пометам в списке В. И. Эрлиха. В наб. экз., корректуре и Собр. ст. поэма не датирована. Датируется по черновому автографу, списку, выполненному В. И. Эрлихом, и авторизованным публикациям: «Июль, 1924 г. Ленинград». Известно два рукописных источника. Черновой автограф с приложением фотокопии оборота 12-го листа, без заглавия, дата — «Июль 924» (ИМЛИ). Композиционно при помощи отбивки звездочками текст поэмы разделен на две части (два сказа), выполненные разновременно. Концовка каждого сказа (10 ст.) также выделена звездочками. Первая часть, повествующая о Петре (ст. 1—211 и 212—231), выполнена простым карандашом. Вторая, о современности, начата с новой страницы — ст. 232—544 — чернилами и ст. 545—572 — заключение — химическим карандашом. Автограф написан на квартире В. И. Эрлиха в Ленинграде...
Входимость: 2. Размер: 96кб.
Часть текста: трогательно влюбленного в поэзию (он и сам пишет стихи, даже выпустил в свет сборничек «Вино волос»), числятся: молчаливый и зябкий Захар Хацревин (для меня он брат двух прехорошеньких девочек-малышек, учившихся, как и я, в гимназии Н. П. Хвостовой), талантливая Наталья Кугушева (в прошлом княжна Кугушева) – горбатенькая, с красивым лицом, длинными стройными ногами (они показывали, какой ее задумала природа), синими печальными глазами и чуть приглушенным чарующим голосом. Через четыре года она выйдет замуж за прозаика из «Кузницы» Михаила Сивачева (кузнец и княжна!). А в 1957 году я с горечью узнаю, что давняя моя подруга, уже овдовев, лишилась зрения. Назовем еще Евгения Кумминга (тоже брат «хвостовки»): весьма деловитый и, как мы полагали, безусловно одаренный юноша. И, наконец, тот, кого назвать бы в первую голову, кто прочнее нас всех войдет в литературу: младший друг Кумминга и его подопечный – Веня Зильбер. В группе он всех моложе. Веню мы снисходительно поучали, разбирая его стихи, что у него несомненно есть обнадеживающие задатки, но… не поэта: пусть пытает силы в драматургии, в прозе… И судили мы правильно. В дальнейшем наш Веня покажет себя и как литературовед – В. Зильбер, и как прозаик – Вениамин Каверин. А его самонадеянный покровитель Кумминг года два спустя смоется за границу, и в начале двадцать второго года я прочту на страницах белоэмигрантской газеты подписанный его именем рассказец, даже для этого издания несосветимо пошлый! Делец взял верх над поэтом и драматургом, каким мы его мнили. Шла осень девятнадцатого года. Холод и голод. Мне передан приказ по группе: сегодня читаем в «Литературном особняке». Явка обязательна – придет послушать молодых сам Андрей Белый! Собиралась наша «Мастерская» чаще всего на квартире у Полонского (и тогда нас робко слушала его сестра-подросток, с годами пришедшая в литературу как...
Входимость: 1. Размер: 21кб.
Часть текста: ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ, СТАТЬИ И ЗАМЕТКИ 1. Стихотворение «Душою юного поэта», <1910—1911>. «...посоветуй, куда посылать стихи. Я уже их списал. Некоторые уничтожил, некоторые переправил. Так, например, в стих<отворении> „Душою юного поэта“ последнюю строфу заменил...» (из письма к Г. А. Панфилову, июнь 1911 г.). 2. Стихотворение «Зачем зовешь т. р. м.», <1911—1912>. «...я встретился с Сардановской Анной (которой я посвятил стих<отворение> „Зачем зовешь т. р. м.“)» (из письма к Г. А. Панфилову, до 18 авг. 1912 г.). 3. Драма «Пророк», 1912—1913. «Благослови меня, мой друг, на благородный труд. Хочу писать „Пророка“, в котором буду клеймить позором слепую, увязшую в пороках толпу» (из письма Г. А. Панфилову, авг. 1912 г.). «Пишу много под нависшею бурею гнева к деспотизму. Начал драму „Пророк“. Читал ее у меня довольно образованный челов<ек...>. Удивляется, откуда у меня такой талант, сулит надежды на славу...» (из письма к М. П. Бальзамовой, 21 окт. 1912 г.). «„Пророк“ мой кончен, славу Богу. Мне надоело уж писать, Теперь я буду понемногу Свои ошибки разбирать. Очень удачно я его написал в экономическом отношении (черновик — 10 листов больших, и 10 листов беловых написал), только уж очень резко я обличал пороки развратных людей мира сего» (из письма к М. П. Бальзамовой, 26 янв. 1913 г.). 4. Стихотворение «Смерть», 1912. «Кто скажет и откроет мне, Какую тайну в тишине Хранят растения немые И где следы творенья рук, Ужели все дела святые, Ужели всемогущий звук Живого слова сотворил. Из „Смерти“, начатой мною» (из письма ...
Входимость: 1. Размер: 26кб.
Часть текста: батальон, под охи и ахи медных труб – и конец всем революциям. А там – генерал отдаст яички добрым знакомым, погреет у камелька старые ноги в красных лампасах, побрюзжит, поскрипит, потешится новым орденом, царской благодарностью, и – обратно на фронт. Но яички так и не пришли по назначению. Март. Любовью гимназистки влюбилась Россия в Александра Федоровича Керенского. Ах, эта гимназическая любовь! Ах, непостоянное гимназическое сердечко!.. Прошли медовые весенние месяцы. Июнь. Галицийские поля зацвели кровью. Заворочался недовольный фронт. Август. Корнилов поднимает с фронта туземный корпус. Осетинские и Дагестанские полки. Генералы Крымов и Краснов принимают командование. Князь Гагарин с черкесами и ингушами на подступах к Петербургу. Но телеграммы Керенского разбивают боевых генералов. Начало октября. Генералу Краснову сотник Карташов делает доклад. Входит Керенский. Протягивает руку офицеру. Тот вытягивается, стоит смирно и не дает своей руки. Побледневший Керенский говорит: – Поручик, я подал вам руку. – Виноват, господин верховный главнокомандующий, я не могу подать вам руки, я – корниловец, – отвечает сотник. Керенский не вполне угодил господам офицерам. А рабочим и солдатам? Еще меньше. Они своевременно об этом его уведомили. Правда, не столь церемонно, как сотник Карташов. Одну неправдоподобь сменяет другая – более величественная. Девятнадцатый и двадцатые годы. Гражданская война. ...
Входимость: 1. Размер: 13кб.
Часть текста: Есенина "Береза". Эти сто лет в русской поэзии по праву могут быть названы эпохой Пушкина. Могучий, всеобъемлющий пушкинский гений оказал решающее влияние на стремительный взлет поэзии XIX века. Лермонтов, Некрасов, Кольцов, Никитин, Тютчев, Майков, Фет... Всем своим творчеством, жизнью и прежде всего своими новаторскими, глубоко национальными произведениями именно Пушкин проложил для них главные вехи на пути к высотам русской и мировой поэзии. Конечно, каждый из этой блистательной плеяды был рожден своим временем, каждый был самобытен и талантлив, и вместе с тем каждый, несмотря на свои личные художественные пристрастия, испытал на себе, на своем творчестве огромное воздействие Пушкина, каждый стремился к вершинам "нагой" пушкинской простоты. В конце XIX и особенно в начале XX века многим казалось, что знамя реалистической поэзии поблекло. Нашлись даже "теоретики", "доказывающие", что реализм себя исчерпал. Иные горячие головы призывали сбросить с "парохода современности" Пушкина, Толстого, Достоевского... Именно в это время вслед за "Березой" появляются в печати "удивительно сердечные", "размашистые" стихи Сергея Есенина. Мог ли тогда, в 1914 году, кто-либо предположить, что неизвестный автор, скрывавшийся под псевдонимом Аристон, - человек, которому суждено стать достойным преемником пушкинской славы. Поэт, который в пору становления нового, революционного искусства одним из первых сумел решительно повернуть к наследию русской классической поэзии и вместе с великими...

© 2000- NIV